Обозревая (весьма бегло) панораму камерно-инструментального творчества композиторов старшего поколения, нельзя не упомянуть о двух сонатах для скрипки с фортепьяно С. Прокофьева (вторая возникла в результате переработки сонаты для флейты по инициативе Д. Ойстраха), его же виолончельной сонате, Второй сонате для фортепьяно Д. Шостаковича памяти учителя Л. В. Николаева.
Стоит отметить яркий, цветущий, темпераментный талант Арама Хачатуряна, который полнее всего раскрылся в балетах и симфонической музыке. Камерный «багаж» его сравнительно невелик. Но как радостны и певучи оригинальные, пронизанные узорами армянской мелодики в сочетании с гармоническим строем классической русской музыки его пьесы для скрипки и фортепьяно, вокальные циклы, фортепьянные пьесы! Его трио для скрипки, кларнета и фортепьяно, фортепьянная соната несут неповторимые черты авторской индивидуальности. Читать далее…
В конце 30-х годов появляется несколько значительных сочинений в области квартетного жанра. Этому, безусловно, способствует расцвет квартетного исполнительства. Квартеты В. Шебалина – Второй, и особенно Третий, эмоциональный и гармоничный, а также серьезный, значительный по замыслу, полифонический Четвертый квартет, посвященный С. И. Танееву; ясный по-моцартовски, светлый Первый квартет Д. Шостаковича, который сам автор назвал «Весенним». Фортепьянную музыку в эти годы писали Анатолий Александров и Евгений Голубев, Самуил Фейнберг и Николай Раков, Юрий Бирюков и многие другие. Но лишь 24 прелюдии Шостаковича, детские пьесы Кабалевского и Прокофьева и его же шестая соната сохранились в концертной практике до наших дней.
Вершиной камерно-инструментальной ансамблевой музыки стал фортепьянный квинтет Дмитрия Шостаковича – одно из выдающихся сочинений не только этого периода, но и вообще всей советской камерной музыки. По силе драматизма, остроте конфликтности и эмоциональному воздействию мало найдется равных ему в камерной литературе не только нашего, но и прошлого времени. Квинтет вызвал восторг и изумление и слушателей, и критики – всей музыкальной общественности. Читать далее…
Имя Прокофьева начиная с 1913 года – первого публичного его выступления с 1-м, а затем 2-м фортепьянными концертами – постоянно упоминалось в музыкальной прессе. Его концерты в России и за рубежом вызывали широкий и бурный интерес у публики.
«В России преобладающее влияние, до последнего времени принадлежавшее Скрябину, теперь, видимо, начинает переходить к Прокофьеву», – писал в начале 20-х годов педагог и теоретик Н. Жиляев. Известный критик В. Каратыгин еще в 1918 году в восхищении сообщал: «Шума и грома от его странствий «к новым берегам» идет страсть как много! Брызги, обломки, осколки так и летят во все стороны. Но это не озорство, не шалость. В его дерзаниях есть своя крепкая и убедительная логика. Курс взят определенный, отчетливый и прямой. Направление прокофьевских стремлений – к солнцу, к полноте жизни, к праздничной радости бытия». Читать далее…
Трибунность камерно-инструментальной и вокальной музыки с новой силой проявилась в годы Великой Отечественной войны. Сотни артистических бригад, в которые входили камерные исполнители, солисты, ансамбли, выступали перед бойцами и офицерами на передовой, и гром пушек не мог заставить умолкнуть чистый голос музыки: в те страшные, неповторимые, незабываемые годы она была особенно нужна людям.
За шесть десятилетий советского музыкального искусства камерная (вокальная и инструментальная) музыка прошла большой и сложный путь развития.
Нет возможности проследить его подробно. Время само отобрало наиболее ценное и значительное, оставив нам в наследство великолепные свидетельства «жизни человеческого духа», выраженной в звуках. Но есть сочинения, и их немало, которые по праву причислены к шедеврам советской музыкальной классики, прочно вошли в исполнительский и слушательский репертуар, стали непреходящими ценностями в сокровищнице нашей культуры. Они, разумеется, связаны – и тут нет противоречия – с именами корифеев советской симфонической, оперной, ораториальной музыки, ибо подлинный гений проявляет себя во всех областях творчества, во всех жанрах. Читать далее…
Решившись работать вместе, участники квартета Д. Цыганов, B. Ширинский, В. Борисовский и C. Ширинский выработали своеобразный «моральный кодекс» квартета.
Его пункты гласили:
- репетировать ежедневно так, как занимаются на своих инструментах солисты;
- не смотреть на квартет как на источник средств к существованию;
- прожиточный минимум иметь другой работой;
- не заграждать каждому участнику его индивидуальных возможностей в области сольной или другой работы.
Этим правилам участники квартета камерной музыки следовали всю свою долгую, более сорока лет, совместную деятельность. Уже с начала двадцатых годов они включали в программы камерной музыки произведения советских композиторов А. Крейна, М. Гнесина, М. Ипполитова-Иванова, позже – С. Прокофьева, Д. Кабалевского. И этому правилу они следовали всегда. Читать далее…